nodeath
эпизод недели
агнцы и козлища
администрация проекта: Jerry
Пост недели от Lena May: Ну, она б тоже с удовольствием покрасовалась перед Томом в каком-нибудь костюме, из тех, что не нужно снимать, в чулках и на каблуках...
Цитата недели от Tom: Хочу, чтобы кому-то в мире было так же важно, жив я или мертв, как Бриенне важно, жив ли Джерри в нашем эпизоде
Миннесота 2024 / real-live / постапокалипсис / зомби. на дворе декабрь 2023 - март 2024 года, прежнего мира больше не существует, а за стенами неких Дистриктов правят зомби. будешь ли ты мириться с Новой системой или бороться против? главное, держись людей и не восстань из мертвых.
вверх
вниз

NoDeath: 2024

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » NoDeath: 2024 » Triggerfinger » [24/01/2024] Исида под покрывалами


[24/01/2024] Исида под покрывалами

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

:Исида под покрывалами:
Завесы не коснись (таков его завет),
Пока с себя само ее не совлеку я!
Кто ж, сокровенное преступно испытуя,
Поднимет мой покров, тому присуждено…»

https://i.imgur.com/ctdHYtW.jpg
Лена Мэй Кейн & Том Клэнси

:ДАТА И ВРЕМЯ:
24.01.2024, вечер

:ЛОКАЦИЯ:
Уайт-Бэар


[!] Все на заводе обеспокоены обнаруженной неподалеку лыжней, и даже испытанные средства мало помогают.

Отредактировано Robert Butler (2022-02-10 16:19:06)

Подпись автора

Не будь побежден злом, но побеждай зло добром

+1

2

[nick]Tom Clancy[/nick][status]if you know what i mean[/status][icon]https://i.imgur.com/Yvtpk5tm.jpg[[/icon][prof]<b>White Bear</b>[/prof][text]<div class="lz"><a href="ссылка на анкету" class="ank">Том Клэнси, 40</a><lz>рейдер, бывший надзиратель в Коламбии.</lz></div>[/text]

Том измыливает чуть ли не пол бруска мыла, стоя под горячим душем, но ему все равно чудится запашок свиного дерьма. Он рейдер, а не скотовод, но ту свиноматку, весом чуть ли не с целый седан, женщины, работающие в свинарнике, не смогли бы и сдвинуть с места, если бы не помощь Тома и Рохо.
Что там со свиньей, Том не знает, он не специалист. Кажется, это та самая, что опоросилась перед рождеством, и с ней, вроде бы, все было хорошо, но сегодня она свалилась в своем загончике, едва не придавив поросят, и хрипло, натужно дышала, пока ее сдвигали на плотную дерюгу. Ветеринарша осталась с ней, а Том, до ушей перемазавшийся в грязи, прямиком направился в душ; смена Лены Мэй вот-вот должна была закончиться и они договорились поужинать у него.

Ужины с продолжением их собственная небольшая традиция. Ужины с продолжением, дежурства на вышках с продолжением, а иногда они приступают к продолжению без дополнительных условий. Кабанья голова, на которую Лена Мэй угробила немало свободного времени, занимает свое место на шкафу в комнате Тома, сама Лена Мэй проводит тут столько времени, что Джерри уже начал стучаться, а не врываться с разбега как к себе, а Том держит под рукой презервативы, наручники и травку, их с Леной вариант романтического вечера.
Но запах навоза плохо сочетается как с ужином, так и с сексом, и Том задерживается в душевой против обыкновения, оттирается, пока кожа не идет красными пятнами, а пальцы не начинаю напоминать куски размороженного мяса.
Напор в душе отличный, с водой проблем нет, а генераторам хватает даже той малости солнечного света, что батареи успели накопить за ясную погоду. Сейчас второй день продолжается метель, сводя с ума Кейтеля, тот все хотел отправиться по найденной лыжне, а теперь вынужден сидеть в периметре завода, и, насколько уж Том знает Джерри, то может с уверенностью утверждать, что Джерри это не по нраву. Но Холлидей с ним справляется, как кажется Тому, с легкостью, потому что проявлений дурного настроения Кейтеля почти не видно и не слышно; или дело в ожидании их с Холлидей первенца, или в том, что Кейтель срывает раздражение как-то иначе.

Снег, мокрый и тяжелый, липнет к стеклам, превращая коридор, соединяющий жилые комнаты и душевые в таинственный грот из детских сказок. Энергосберегающие лампочки, напоминающие о тюрьме, отдают желтый теплый свет, скрадывая потребность в косметическом ремонте, кое-где отстающие обои, потрескавшиеся плинтуса.
Том идет по этому коридору в одном полотенце, смятый ком одежды несет под мышкой, это подождет до дня стирки, лишь бы не провоняло комнату.
На входе скидывает этот ком прямо на пол, захлопывает за собой дверь, засовывает большие пальцы за края полотенца на бедрах, словно какой-то ковбой из телерекламы, широко улыбается Лене Мэй.
- Заглянула на огонек, красавица? Не замело там, на вышке?
Кейтель их как назло все реже ставит на совместные дежурства, не иначе, опасается, что они будут трахаться вместо того, чтобы смотреть по сторонам. Это несправедливо, но Тому не хочется ругаться с Джерри по этому поводу, к тому же, пока он затрудняется описать то, что связывает их с Леной Мэй, а Кейтель наверняка захочет узнать больше.
- Замерзла? Я к твоим услугам.

Подпись автора

Не будь побежден злом, но побеждай зло добром

+1

3

Вышка в снегопад не самое уютное место – даже разговоры не клеятся. Белые хлопья падают с темного неба, глушат голоса, глушат любые звуки. У Лены Мэй, после того, как они нашли следы неподалеку от завода, разыгралась паранойя, ей за этой снежной завесой все мерещатся какие-то тени, которые бродят вокруг забора, так что она все всматривается в темноту под дружеское подтрунивание напарника, которого ей Джигсо вместо Тома всучил. Еще и посмотрел так строго, то ли «не проеби», то ли «не выеби». К шуточкам Кейн вообще не расположена – вообще это все не смешно – так что когда ее дежурство заканчивается, берет курс сразу на общежитие рейдеров, к Клэнси. Ей сейчас никак не уснуть, хоть на второе дежурство заходи, но, к счастью, есть более приятные способы снять напряжение и Лена Мэй очень это ценит. Серьезно, очень ценит. Думает даже, что если идеальные отношения существуют, то это они. Никакого напряга, никаких попыток залезть друг к другу под кожу. Классный секс, разговоры – Лена потихоньку так о себе Тому рассказывает, ему интересно. Интерес этот Кейн вообще не бесит, она не напрягается, когда Клэнси ей вопросы задает, не прикидывает, как лучше ответить – отвечает, как есть. Не старается быть лучше, чем есть – зачем? Том ей нравится, она тому нравится – так у них все и идет, своим чередом.

В комнате Тома она уже почти как у себя, в общаге уже почти как у себя, вешает мокрую от снега куртку к другим, на длинную вешалку, ставит тяжелые ботинки в общий ряд, идет дальше в шерстяных носках, прислушивается к тишине. Может, дело в снегопаде, может, паранойя не только у нее разыгралась, но посиделки на общей кухне с бухлом, которое каким-то чудом все не заканчивается, сегодня закончились рано. Тома в комнате нет – но свет горит, дверь не заперта, вполне себе тянет на «добро пожаловать, будь как дома», и Лена Мэй пользуется приглашением, деловито вытряхиваясь из теплых штанов и свитера – в комнате тепло.
Становится еще теплее, когда Клэнси возвращается – в одном полотенце, и Лена отвечает на его улыбку своей, такой же широкой – они хорошо друг друга понимают, отлично просто понимают. Не делают вид, будто она сюда приходит на плакат полюбоваться, тот, который так и висит на стене – с девкой и яхтой (Лена все обещает весной, как можно будет выбираться с завода, найти ему на стену свой плакат, плакат с Мэйдэй).
- Замерзла. Но тут, говорят, живет горячий парень...

Это смешно – но звучит так, будто прямо сейчас, кроме них с Томом, в комнате еще съемочная команда и они снимают очередную горячую короткометражку с Мэйдэй. Звучит так, и выглядит так же – Том в одном полотенце, Лена Мэй уже успевшая раздеться до трусов и майки, чтобы было проще согреться. Она и пару сценариев сходу может предложить и еще парочку таких, где фигурируют наручники, если у них будет настроение для наручников. Но, в общем, в этом и кайф, когда не надо притворяться, но можно играть, и миз Кейн эти игры пока не надоели, наоборот, можно сказать, во вкус вошла.
Так что миз Кейн неторопливо так встает с койки, на которой расположилась на правах приглашенной звезды, подгребает к Тому, прихватывая его за хер через полотенце.
- Это мой ужин? И уже разогретый? – интересуется, прихватывает его плечо зубами, легко так, вместо более традиционного "как прошел твой день, милый".
Ну да, они собирались поужинать, но прямо сейчас ей хочется потрахаться, сбросить напряжение, мысли лишние из головы выбросить. Если и Том в настроении – с этого и начнут, отличное начало для отличного вечера.

Отредактировано Lena May Kane (2022-02-14 10:30:14)

+1

4

[nick]Tom Clancy[/nick][status]if you know what i mean[/status][icon]https://i.imgur.com/Yvtpk5tm.jpg[[/icon][prof]<b>White Bear</b>[/prof][text]<div class="lz"><a href="ссылка на анкету" class="ank">Том Клэнси, 40</a><lz>рейдер, бывший надзиратель в Коламбии.</lz></div>[/text]

- Горячий парень? Ни разу не встречал, но можем поискать вместе, - многие прежние институты в современном мире утратили свое значение, и в каком-то смысле, о чем Том размышляет время от времени, человечество вернулось к упрощенным поведенческим паттернам. Социальные ритуалы либо исчезли, либо упростились до максимума, и людям пришлось в срочном порядке изобретать новый язык взаимопонимания, доверия и взаимодействия.
Раскинувшаяся в одном белье на койке Лена Мэй овладела этим языком в совершенстве, но, насколько Том успел узнать, она и прежде, до того, как зомбиапокалипсис внес свои коррективы, отличалась прямолинейностью, и это было частью ее характера.
Возможно, было не совсем честно делать ее объектом своего наблюдения, поневоле участником эксперимента, которым он даже не управлял и за условия которого не отвечал, но в таких условиях люди цеплялись за все, что помогало не сойти с ума, не потерять то, что составляло основу их личности. Том не мог перестать наблюдать за тем, как люди взаимодействуют между собой и налаживают первичные социальные контакты так же, как Холлидей Дюмон едва ли могла перестать анализировать мотивы поступков, своих и окружающих, Кейтель не мог перестать искать противника, а Лена Мэй...
Насчет Лены Мэй Том не торопился делать далекоидущих выводов: научный метод не терпел поспешности.

Зато когда она торопится, Том горячо одобряет, и ее хватку тоже. Ему нравится ее неприкрытая агрессия, и он, даже отчасти понимая ее причины, не видит в этом проблемы. Что бы ни помогало Лене Мэй выживать, в группу она вписалась без проблем, и это Тому тоже кажется интересным предметом для размышления.
- Ты знаешь, как подогреть, если температура покажется недостаточной, - неприятности со свиньей отходят на второй план, Том обнимает Лену Мэй за талию, проглаживает проступающий под гладкой теплой кожей позвоночник. - Нагуляла аппетит? Потому что я да.
На вышках о свинье могли и не слышать, но Лена Мэй не ветеринар, так что свежие новости свинарника могут и подождать; наверняка она все узнает позже.
Судя по ее поведению, свинья ее сейчас оставит равнодушной, как и ужин.
Том подсовывает пальцы ей по майку, тянет вверх ткань.
- Свой ужин ты уже нашла, а что у тебя есть для меня, красавица?
Она не уступает девушке с его плаката ни фута, у Тома достаточно развито воображение, чтобы представить ее в открытом купальнике на фоне белоснежной яхты или пальмовой рощи, но сейчас в этом нет необходимости: она и так практически голая, а трусы и майка только добавляют изюминки. Том понимает, почему она не держится за одежду, профессиональная необходимость, наверное пошутила бы сама Лена Мэй, но его это все равно впечатляет.
- Расположена поиграть? Или покурить?
Том спрашивает, потому что это тоже их с Леной Мэй традиция; в каком-то смысле их отношения можно назвать идеальными с точки зрения современного мира. И с точки зрения самого Тома.

Подпись автора

Не будь побежден злом, но побеждай зло добром

+1

5

У них хорошо получается шутить, в одной тональности. Ну да, у Лены все шутки на грани, а то и за ней, но Тому заходит и рядом с Томом она не сдерживается. Не после того, как он ей признался, что в курсе, кто такая Мэйдэй, в курсе, кто это у нас тут такая красивая в порно снималась. За что Лена Мэй ему признательна.
Зачем Тому все это? Лена Мэй не задается этим вопросом, как по ней, все очевидно. Ему нравится с ней трахаться. И если кому-то вроде Холлидей Дюмон этого недостаточно, то Лене Мэй вполне хватает. Ей тоже нравится трахаться с Томом. А дальше она не заглядывает, да и с чего бы? К счастью, поблизости нет Мэйбл, которая бы все испортила, потребовав от Клэнси колечко и клятву вечной любви…
Лена поднимает руки, чтобы Том смог стащить с нее майку и улыбается, прижимаясь к нему, горячему после душа, голыми сиськами. Кайф – чисто телесный кайф, в котором Лена Мэй себе не отказывает, зачем себе в чем-то отказывать? У них тут настоящая командная игра в этом смысле, и они продвигаются в ней все дальше, с полного взаимного согласия.

- Поиграть, - делает свой выбор миз Кейн, разворачивая полотенце, в которое замотался Том, как обертку подарка. Ну, лучший подарок на месте и радует взгляд. – А потом покурить.
Идеальная программа вечера. К тому же да, аппетит она нагуляла, у нее всегда все было в порядке с аппетитом. Если не считать того времени в Кейн-Каунти, когда ее держали на лекарствах, но о том времени она вспоминать не любит. Стены, выкрашенные немаркой краской, пресная еда – ничего слишком сладкого, или острого, все эти бабы, каждая со своей ебанцой, ну и запах, конечно. Отвратительный больничный запах.
Ну и, конечно, где воспоминания о Кейн-Каунти, там и воспоминания о Сэме, а воспоминаний о Сэме она не хочет.
- Так что ты хочешь на ужин, сладкий? Разогретую Мэйдэй, или какое-нибудь специальное блюдо?
У них не особенно много реквизита для игр, не то время, чтобы съездить прикупить латексный костюм или пару игрушек, но они обходятся тем, что есть, главное – фантазия, а с фантазией у нее все хорошо и у Тома тоже с фантазией все хорошо.

Кабанья голова слепо смотрит на них со шкафа – у Лены не было стеклянных глаз, которые вставляют в чучело, поэтому веки пришлось зашить. Но клыки у него просто отменные, и Лене нравится, что голова тут, у Тома, что ему вроде как по вкусу такие вот украшения, которые кто-то назвал бы слишком грубыми. Кто-то и их секс назвал бы жестковатым, но Лене есть с чем сравнивать, и она считает, то если мужик спрашивает твоего согласия, прежде чем нацепить на тебя наручники, то жестким такой секс считать нельзя.
От Тома пахнет мылом и горячей водой и Лена, которая в сексе действует инстинктивно, не рассуждая, а действуя, делая то, что ей хочется, зарывается носом в место между шеей и плечом, тычется ниже, ищет, где Том пахнет собой, не находит – Клэнси сейчас образчик чистоты, от него бы сейчас не отказалась даже сестра Рэйтчед, которая микробы видела и без микроскопа. Лена Мэй фыркает, коротко кусает его за сосок и лижет, длинно и мокро.

Немножко агрессии, немножко провокации – их личный маленький коктейль, выпивка и трава это так, приправа к коктейлю, по настроению, но заводит их (ее, но Кейн кажется, что к Тому это тоже относится) именно эта вседозволенность. Очень вежливая вседозволенность, по взаимному согласию, но от этого она не становится менее возбуждающей.

+1

6

[nick]Tom Clancy[/nick][status]if you know what i mean[/status][icon]https://i.imgur.com/Yvtpk5tm.jpg[[/icon][prof]<b>White Bear</b>[/prof][text]<div class="lz"><a href="ссылка на анкету" class="ank">Том Клэнси, 40</a><lz>рейдер, бывший надзиратель в Коламбии.</lz></div>[/text]

Поиграть, а потом покурить. Хорошая программа для свободного вечера, тут у Тома претензий к Джерри нет: свободные вечера у них с Леной Мэй чаще совпадают, так  что сложно обвинить Кейтеля, будто тот намеренно мешает. Если у Тома и были сомнения насчет того, что связывает Джерри и Лену Мэй, то теперь они полностью в прошлом. Джерри ни разу не дал ему понять, что Том перебежал ему дорожку, а недовольство Шона Тома и вовсе мало беспокоило: кабанья голова заняла свое место в его комнате и Том принял подарок, как принял бы ключи от квартиры Лены Мэй с предложением чувствовать себя как дома. Они не называют себя парой официально, не торопятся с этим, но все интересующиеся и так знают, что вечера мисс Кейн заняты и что она сможет постоять за себя, если повести себя с ней грубо. Не девушка в беде, а девушка, которая не против поиграть в игры, которые прежде относились к разряду жестких.

Полотенце падает на пол следом за майкой, Том притягивает ее к себе, обхватывая подтянутую задницу, мнет упругие ягодицы, пока она прижимается к нему голой грудью, которая украсила бы собой любой плакат.
- Разогретая Мэйдэй мое любимое блюдо.
На заводе полно симпатичных женщин, есть даже красивые, но таких как Мэйдэй больше нет, и этот феномен Тома тоже интересует: как бы она вела себя в группе с другими установками, как вела себя в Сент-Луисе, был ли у нее там любовник, а если да, то кем он был, какое место в иерархии группы занимал.
Не в последнюю очередь Тома это интересует, потому что ему интересно, на каком месте в иерархии Уайт-Бэар с точки зрения Лены Мэй стоит он сам. Не на последнем - у таких женщин, как Мэйдэй, как правило врожденная непереносимость неудачников, однако и не на первом, что бы она делала, будь Пирсон одинок?
Том мыслит об этом трезво, без драмы, без упрека: излюбленная его теоретизация, анализ поведенческих моделей, и даже если Кейтель и Пирсон заняты, то в группе хватает других мужчин, мужчин без подруг и без пары, однако по каким-то признакам Лена Мэй выбрала его.
Благодатное поле для теорий на любой вкус, можно было бы защитить степень по гендерной психологии - но сейчас Тому остается только наслаждаться счастливым билетом.

Тома агрессия возбуждает больше нежности, и короткие требовательные укусы Лены нравятся больше медленных ласк; прелюдия не обязательный пункт в их программе, разве что прелюдией можно считать торопливое и деловое раздевание друг друга под непристойные комментарии или соленые шутки. Это тоже часть игры в плохих ребят, и Том воспринимает ее как тренировку, репетицию между концертами. Жесткий секс становится еще одним кирпичиком в фундаменте новых личностей, тех личностей, которыми им пришлось стать, чтобы выжить, и Том не собирается сбавлять градус или останавливать Лену Мэй.
Сегодня она чуть более агрессивна, чем обычно, Том воспринимает это как намек; у него нет предрассудков насчет того, кто должен быть сверху и на ком должны быть наручники, а Лене Мэй идет роль агрессора, так что он сходу ловит правила и включается.
- Зато у тебя, красавица, на уме кое-что другое, - говорит Том, давая оттеснить себя к койке.
Он ирландец, причем больше, чем наполовину, и на белой покрытой веснушками коже на груди проступает след от острых зубов Лены Мэй. Через час не останется и воспоминания, а сейчас это Тома возбуждает, и он зацепляет сосок Лены, оттягивает, мягко выкручивает, сжимая между пальцами. Они распускают руки по взаимной договоренности, выяснив границы, но это все равно возбуждает, как возбуждает и неизвестность: наручники в верхнем ящике тумбочки возле койки, а вот на ком они в итоге окажутся, это сюрприз.
Может, на ней, а может, на нем, Тому равно доставляют удовольствие оба варианта, и пока они воспитанно придерживались приблизительной очередности. Сегодня, кажется, его очередь быть строгим офицером, но раз у Лены Мэй настроение другое, Том обеими руками поддержит ее настроение, и в знак этого он спускает руку ей между ног, потирающими движениями зажимая половые губы в кулак вместе с тканью.
- Уже разогрелась? Потому что я да.

Отредактировано Robert Butler (2022-03-20 20:04:22)

Подпись автора

Не будь побежден злом, но побеждай зло добром

0

7

Разогретая Мэйдэй – ну да, это, можно сказать, особе блюдо. О Мэйдэй знает Джигсо, но не слишком рад этому знанию, ему как будто неловко перед Доком за то, что он в Центре трахался с другой бабой и это забавно. Нет правда, забавно, похоже, у них что-то было еще там. Не секс, конечно, Дюмон доступ в свои трусики охраняла, поди, как Форт-Нокс не охраняют. Но, типа, искра.
У них с Томом обошлось без искры, но тут другое - интерес друг к другу, хороший такой интерес, который растет и крепнет, как хер Тома, к которому она очень расположена. К ним обоим очень расположена, и к Тому, и к его херу. Идеальные отношения – так она все чаще думает. Серьезно – идеальные. С Томом классно трахаться, с Томом классно разговаривать, он от нее ничего не ждет и ничего не требует – это даже интригует. Хочет ее, конечно, голосует за Мэйэй самым красноречивым способом, но это не одно и то же, что хотеть чего-то от нее.
Словом, Том загадка, Лена Мэй любит загадки, особенно, загадки, на которых даже полотенца нет.

- Кое-что у меня на уме, да, - подтверждает она – эта игра уже увлекает, грубоватая (точно выверенная по ее предпочтениям) хватка Тома возбуждает, Лена тут же мокнет, чувствует, что мокнет. Ну и не только в хвате дело, в том, что она уже знает, как это будет – хорошо это будет. И в процессе, а, главное, после. Будет чувство опустошения, но приятного опустошения. Никаких мыслей, никаких тревог – чистая, животная сытость и умиротворение. Это дорогого стоит. Это помогает Лене сразу и крепко засыпать ночами, не вертясь без сна. Помогает быть той Кейн которую тут приняли, легко приняли, без лишних заморочек – доброжелательной, в хорошем настроении, не против пошутить, даже пошло пошутить. Классная девчонка, свой парень – так таких называют, даже если у «своего парня» классные сиськи.
Сиськи Том тоже не оставляет без внимания – настоящий джентльмен…
Сегодня ее очередь быть плохой девчонкой, которую следует наказать, Том в этом изобретателен, несмотря на минимальный набор подручных средств. Список прегрешений Лены Мэй растет с каждым их совместным вечером, тут и драки, и травка в камере, найденная при обыске. И полный личный досмотр, очень глубокий личный досмотр. И, конечно, попытки подкупа офицера Клэнси… Все это Лена Мэй любит и ценит, охотно на это идет, разыгрывая с Томом целый спектакль, на двоих. Но сегодня то-то идет не так… Нет, ей хочется – Тому достаточно запустить руку ей в трусы, чтобы понять, как сильно ей хочется. Но то ли снегопад тому виной, или напряжение, которое никак не отпускает после того, как они нашли следы. Но сегодня Мэйдэй особенно требовательна, рвется с поводка, и укус, горящий на коже Тома, для нее как сигнал и, одновременно, как приманка.

- Я уже готова, - подтверждает она.
Голос. Взгляд, интонации – все оттуда, все из ее фильмов, не хватает только красной помады, но у Лены хорошее воображение, главное – партнер, а декорации легко додумать.
Красную помаду, красные туфли, красные шелковые трусы, которые даже снимать не нужно – отодвинул лоскуток ткани и еби в радость.
Но все это о другой Мэйдэй, той, которая охотно принимала жесткую игру, охотно отвечала на жесткую игру, стонала и просила еще. Эта Мэйдэй идет на след от укуса, хочет добавить к нему новые – еще парочку, хочет сесть на Тома сверху и схватить его за горло, придушить, трахая. Зайти еще дальше, еще дальше их обычных границ, потому что Мэйдэй – это то, что дальше обычных границ.
Мэйдэй всегда мало.
И ладно уж, ее муженек, Эд, мудак – и гореть ему в аду – но и до него она не была невинной полевой ромашкой. Блядью он была – и ей это нравилось.
Она толкает Тома, подталкивает, стонет ему в рот, когда сама же целует, настойчиво, очень красноречиво.
- У меня на уме ты, - сообщает она Тому радостную новость, если он еще не догадался. – Потом еще раз ты. Ну и. может, под утро еще разочек ты, если не устанешь. Но сначала…
Лена тянется за наручниками – ей ы спросить Тома, а в настроении ли он, но Том пока не проявляет недовольства. Она не пила, не курила, никаких дополнительных стимуляторов кроме собственного воображения и голого Клэнси, но она уже завелась, и щелчок наручников просто как музыка. Просто как Имперский марш, финальной нотой которого язык Мэйдэй на члене Клэнси, а потом, несколько секунд спустя, ее зубы на его бедре.
Сладкое и острое – все в блюде дня, все в Мэйдэй и только для Тома Клэнси.

0

8

[nick]Tom Clancy[/nick][status]if you know what i mean[/status][icon]https://i.imgur.com/Yvtpk5tm.jpg[[/icon][prof]<b>White Bear</b>[/prof][text]<div class="lz"><a href="ссылка на анкету" class="ank">Том Клэнси, 40</a><lz>рейдер, бывший надзиратель в Коламбии.</lz></div>[/text]

С обсуждением они не затягивают, уже примерно зная предпочтения друг друга; обоим нравится пожестче, обоим нравится покрепче. Лена Мэй не имеет ничего против, когда Том спускает пар и трахает ее так, что койка грозит вот-вот развалиться, загнув на радость любому порнографу, он полностью за, когда она забирается сверху и устраивает настоящие королевские скачки, будто хочет в самом деле прийти первой и получить бутылку шампанского из рук королевы. Установившееся между ними взаимопонимание тем ценнее, что они могут разговаривать о тем, что происходит между ними в постели; Тому интересно узнавать о ней больше, о ее прошлом, о ее работе, о ее отношении к выбранной профессии и нюансам, а Лена Мэй не стесняется своего прошлого, идеальный объект для исследования порнографиии как социального явления, а может, и женской сексуальности.
И все же есть кое-что, куда ему хода нет, Том чует это всем своим опытом социолога. Она ложится с ним в постель, они уже месяц трахаются регулярно и в удовольствие, она рассказывает, в каких фильмах снималась и профессиональные байки, но у Тома все чаще появляется подозрение, что ролевыми играми Лена Мэй увлекается не только в сексе. Это подозрение толком ничем не подкреплено, ни на чем практически не основано, и это выглядит и правда как великая самоуверенность, считать, что Мэйдэй она выпускает только потому, что у Тома Клэнси запрос на то, в чем специализируется Мэйдэй, да и не ему на это жаловаться, кто в своем уме будет жаловаться, что партнерша удовлетворяет любые фантазии, включая и весьма грязные, но подозрение есть, и чем дальше они заходят, чем чаще меняет он правила, пытаясь отыскать зазор между маской и настоящей Леной Мэй, а она подстраивается, не моргнув и глазом, будто заранее сценарий знает, тем крепче становится это подозрение.

Том об этом пока не говорит, да и не уверен, что должен: это ее дело, а у них вроде как негласная договоренность, друг другу в душу не лезть, и если она сама не начинает этот разговор, то и ему не нужно, но ему все же интересно.
Вот и сейчас интересно: он отдает ей инициативу, а она к этому готова, перехватывает контроль органично и естественно, трется о него своими шикарными грудями, прижимается лобком, зажимая его руку между бедрами, стонет в рот, когда он работает пальцами прямо через трусы, становящиеся все влажнее и влажнее. Ткань грубая, плотная, это не какие-то шелковые ленточки, но грубость точно не то, что ее отпугнет, и она стонет, толкает его на койку, разгоряченная, распущенная, заключенная Кейн, которая добралась до офицера Клэнси и полна желания рассчитаться с ним за все хорошее.
Том не противится, задирает руки над головой; металлическая цепочка обвивает сразу два металлических прута в изголовье койки, браслеты защелкиваются. Том дергает руками, когда она скользит вниз, прижимаясь грудью, давая ему прочувствовать прикосновения торчащих сосков, и цепочка лязгает еще громче, когда он снова дергается - она лижет ему член, давно стоящий от их короткой, но горячей прелюдии.
Лижет, оставляя слюны, губы пухлые, яркие, красивой формы - такие губы любой бы мечтал увидеть на своем члене, а Тому вот везет, но долго наслаждаться этим везением Лена Мэй ему не дает, кусает бедро, напоминая не дергаться, напоминая, что сегодня у них бунт в тюрьме.

- Вот бы увидеть на тебе какой-нибудь из тех секс-костюмов, - делится Том, забывая о правиле: не болтать не по делу. - Из таких, где все эти шнурки, шнуровки и портупея. А еще чулки, чулки и туфли на каблуках, как на съемках.
Правило правилом, но руки у него зафиксированы над головой, так что он только болтать и может: весь в ее распоряжении, а уж она найдет, как пристроить его к делу.
- Это бунт, заключенная Кейн? - строго спрашивает Том, возвращаясь к известной своей роли, если уж на то пошло, его единственной роли, но Лене Мэй она тоже по нраву и пока она не укоряла его за однообразие, как и не приглашала на кастинг какого-нибудь другого парня.
Неужели Кейтель не прошел, иногда думалось Тому не без веселья. Фантазии оказалось маловато, или чего другого?
- Лучше бы тебе немедленно взяться за ум, Кейн, - продолжает Том сурово, только вот эту суровость сильно портит стоящий по стойке "смирно" член в гнезде рыжих волос, расшифровывающий слова Тома как-то так: лучше бы тебе немедленно снять трусы и запрыгнуть прямиком на меня, заключенная Кейн.

Подпись автора

Не будь побежден злом, но побеждай зло добром

0

9

Ну, она б тоже с удовольствием покрасовалась перед Томом в каком-нибудь костюме, из тех, что не нужно снимать, в чулках и на каблуках. Такого на складе завода не водится, понятно, но, может, когда возобновятся рейды, удастся что-нибудь найти, какой-нибудь реквизит для их с Томом вечеров. Конечно, несколько непривычно, и, возможно, неосторожно предполагать, что их с Томом встречи доживут до весны, а то и до лета. Но, может, и доживут – пока что бодро стоящий член Тома голосует за то, что ему все нравится, да и Мэйдэй не против получить свой кусок пирога.
- Он самый, офицер Клэнси, сэр, - подтверждает заключенная Кейн, которой повезло заполучить целого надзирающего офицера, а еще голого и надежно зафиксированного. – Именно бунт и есть. И даже если вы будете звать на помощь, вас никто не услышит.
Вряд ли Клэнси станет звать на помощь, он и один неплохо справляется с Мэйдэй, но игра есть игра, и где-то в голове Кейн, у которой все отлично с фантазией, они не в комнате общежития, а в тюрьме, и перед ней не тот Том, с которым они хорошо так подружились, в определенном смысле, а надзирающий офицер Клэнси, с которым приходилось расплачиваться за свои грешки.
Интересно – думает иногда Лена Мэй, актриса от порно-бога – заходил бы ей трах с Томом, если бы вместо заключённой, агрессивной и ебливой, он захотел бы, например, домохозяйку. Такую, как Мэйбл. Наверное, не слишком заходил бы – съемки это одно, по контракту она ни от чего оказаться не могла и не отказывалась, сделав эту вот покладистость еще одной своей фишкой. А с Томом она вроде как, по велению сердца (назовем это сердцем). Но, с другой стороны, их отношения тоже можно назвать своеобразным контрактом…

Это лишние мысли – Мэйбл пытается избавиться от них простым и эффективным способом – сняв трусы. Вроде бы помогает – готова к бою, все такое. Прикидывает, сколько Клэнси еще продержится, не поиграть ли еще немного, решает, что подержится еще какое-то время. Забирается сверху и усаживается на его хер, трется, оставляя на нем смазку, трется, смотрит в лицо и улыбается.
- Не стоило вам сажать меня в карцер за ту драку, офицер. Я же вам говорила. А теперь я могу сделать с вами все что захочу.
В подтверждение своих новообретенных гражданских прав, Мэйдэй наклоняется, прижимаясь сиськами, трется, намекая, что она очень хочет его оттрахать. Мечтает.
И, в общем, и правда мечтает.
Но прикидывает – а что бы еще она могла сделать. Не Мэйдэй, которая все сведет к ебле, даже выпечку воскресного пирога. А заключенная Кейн, которая села за убийство мужа (любого из двух).
Нож для колки льда.
Толчок в спину.
А для Тома она что бы приберегла? Не для надзирающего офицера Клэнси, для Тома Клэнси, отличного мужика, умного, умеющего шутить и трахаться…
А если это у нее – ну, традиция такая. Шаблон поведения – так это, кажется, Том называет. Или Док. Эти двое как соберутся так и сыплют умными словечками… В общем, если это в ней есть?

Блядь… Настроение выебать Тома испарилось с хрустальным звоном. Вообще настроение трахаться испарилось с хрустальным звоном, и ей это не нравится. У нее это вроде макера – Лена Мэй хочет трахаться, значит с Леной Мэй все нормально. А если начинаются такие вот загоны – значит, дело плохо…
А еще ей не хочется, чтобы Том это заметил, что у нее дело плохо.
В первый момент ей хочется отстегнуть наручники, освободить Тома , просто чтобы быть уверенной что он в безопасности – что она не представляет для него опасности. Но потом думает – какого черта? Она Мэйдэй, она все может, что угодно может – просто нужно представить себе что это съемки, это кино, и она – мать ее так – звезда.
- Теперь я вас накажу, офицер Клэнси, - тянет Мэйдэй своим тягучим, блядским голосом, а невидимая камера берет крупным планом, как она насаживается своей мокрой, набухшей щелью на член Тома, насаживается медленно.
Демонстративно-медленно, чтобы невидимая камера захватила все подробности, а потом начинает свои скачки, и сиськи с темно-красными сосками подпрыгивают, пока она их не подхватывает, не мнет перед лицом Тома, оставляя белые пятна. Намекая на то, что мог бы сделать с ней Том, будь у него свободна хоть одна рука.

Отредактировано Lena May Kane (2022-04-03 18:48:33)

+1

10

[nick]Tom Clancy[/nick][status]if you know what i mean[/status][icon]https://i.imgur.com/Yvtpk5tm.jpg[[/icon][prof]<b>White Bear</b>[/prof][text]<div class="lz"><a href="ссылка на анкету" class="ank">Том Клэнси, 40</a><lz>рейдер, бывший надзиратель в Коламбии.</lz></div>[/text]

Все разворачивается по уже знакомому сценарию, но даже эта привычность придает особый вкус: секс приедается, если в процессе думать, не пройти ли медосмотр или не отогнать ли автомобиль в сервис, а когда оба участника отдаются делу со всем азартом, даже вдоль и поперек разыгранный сюжет не кажется ни пресным, ни безвкусным.
И когда Лена Мэй снимает трусы и садится на него, зажимая его член между их телами, а затем начинает двигаться, давая ему почувствовать, как насколько она уже возбуждена, в последнюю очередь Том принимается считать, сколько такого у них уже было.
Он вытягивается на койке, приподнимая бедра, покачивая Лену Мэй на себе; напрягает плечи, спину, это как отжимание, только наоборот, но койка крепкая, с металлической спинкой, и наручники лязгают, скользя по металлу и не давая Тому переиграть по своим правилам.

В лице Лены Мэй что-то появляется с этим лязганьем: не знай Том, что она актриса, наверняка бы заподозрил, что в самом деле как-то насолил ей и теперь она собирается получить сполна, но это все еще игра, напоминает он себе, все еще игра, и это заключенная Кейн собирается проучить офицера Клэнси, оттрахав его как следует.
Игра, в которой она и правда может сделать с ним все, что захочет, и эта мысль, прежде оказывающая на Тома только возбуждающее действие, сейчас кажется ему еще и опасной.
Совершенно необоснованно: Лена Мэй часть группы, ей нравится в Уайт-Бэар, и будь дело в чем-то еще, будь она шпионом, у нее была сотня способов нанести группе вред куда больший, чем, например, убийство одного единственного Тома.
Не то что он не ценит себя, не ценит свою жизнь, разумеется, ценит, как ценит и усилия, которые он прилагал последние три с половиной года, чтобы и дальше оставаться живым, но - говоря по существу, объективно, будь она шпионом, будь диверсантом, нанесла бы намного больший урон, убив Пирсона или того же Кейтеля с его реальным опытом боевых действий.

И все же эта мысль заставляет напрягаться, ее не так-то легко выкинуть из головы, она царапает изнутри, проходясь острой кромкой по беззащитному мозгу - такому же беззащитному, уязвимому, как сам Том сейчас.
Ему это не нравится, вот сейчас не нравится эта уязвимость.
То, что его напрягло, из ее глаз исчезает - но Тому так просто это из головы не выбросить, и когда она медленно насаживается на него, обещая наказать, Том не смотрит на то, что она ему показывает, не смотрит, как она опускается все ниже, вбирая в себя его член, медленно и мокро, выгнувшись так, чтобы у него был лучший обзор.
Он смотрит ей в лицо, чтобы не пропустить это вновь, если оно появится, и оно появляется: как солнце, проглядывающее за облаками, на миг показывающееся между облаками, только в их случае это черное солнце.

Лунное затмение, приходит ему в голову, когда он смотрит ей в лицо; у него все еще стоит, разумеется, и часть его еще уверена, что это игра, такая игра, которая нравится им обоим, заводит их обоих, большая часть его в этом убеждена, но есть какой-то совсем маленький участок, то, что, может быть, не претерпело изменения в ходе эволюции, то, на что не распространилось влияние появившегося рационального сознания, не так уж и верит насчет игры.
Этот участок все еще подчиняется инстинктам, живет инстинктами, и Том достаточно образован, чтобы знать, что не все в мире должно быть рационально, и вот этот-то участок верит словам Лены Мэй.
Верит тому, что она его накажет.
Но Том не психолог, и потому, наверное, не понимает, насколько столкновение с этой Мэйдэй, той самой, которую апокалипсис застал в психиатрической лечебнице для убийц, убившей своего мужа Мэйдэй, может быть опасно, действительно опасно. Том социолог, его интересуют процессы, а не результаты, и он выбирает неправильно, когда решает, какую реплику подать.
- Как? - спрашивает он, заинтригованный и возбужденный, лишенный возможности освободить руки. - Как ты меня накажешь?

Подпись автора

Не будь побежден злом, но побеждай зло добром

+1


Вы здесь » NoDeath: 2024 » Triggerfinger » [24/01/2024] Исида под покрывалами


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно